Две ящерки

"Видно, – думает, – мертвяком меня выволокли, расковали, да и положили тут, а я отлежался. Как теперь быть? В бега кинуться, али подождать, что будет? Кто хоть меня в это место притащил? "

– Места привольные, угодья всякие, медь богатимая , -заработки, по всему видать, добрые будут.

Сам рукой и уперся в большой камень, с которого на завод и Гумёшки глядел. Не то чтобы в силу уперся, а так легохонько толкнул в самый низ.

Ну, те испугались, за двоих отвечают, за всяким местом глядят – порухи бы не вышло.

Неуж против их не выдюжите ?

Деревню-то  Горный Щит  нарочно построили, чтоб дорога без опаски была.

Андрюха вечером опять на  горушечку  вышел.

А они сидят обе на скамеечке высоконькой, головёнками помахивают: – На здоровье,  гостенёк ! На здоровье!

То ли немцы показать не хотели, то ли сами не знали – не могу объяснить, только Гумешки -то у них безо внимания оказались.

На завод хоть не ходил, а через наушников до тонкости про всякого знал, кто чем дышит.

– Нет, – отвечает, – не  допущали  наших. Свой у них был.

Лежит Андрюха, а в голове думка : "Это мне перед смертью солнышко приснилось ".

Сам  за всяко просто  пирует с ними, песни поет, пляшет.

На что Строгановы, и тех  завидки взяли  . Жалобу подали, что Гумёшки на их землях приходятся и Турчанинову зря попали.

До того он – этот Турчанинов – солью промышлял да торговал на строгановских землях, и медным делом тоже маленько занимался. Завод у него был.

А как  зажму в руке , так еще поглядим, у кого выгоды больше закаплет.

Переманю-ко лучше из здешних мест  зазнамо  да перевезу их с семьями.

Видела, поди, как человека в горе замордовали .

Забеспокоился надзиратель,  запобегивал ...

А вы еще поглядите каких людей понадежнее, я их выкуплю либо на срока́  заподряжу .